Чужак [= Лабиринт ] - Макс Фрай

— Что происходит? — спросил я. — И как оно происходит?

— Не знаю, — сказал мой старый приятель. — По-моему, никто не знает, как происходят подобные вещи. Но они происходят. Мое хобби — по возможности наблюдать этот факт.

— Не знаете? — ошеломленно переспросил я. Мне почему-то казалось, что этот человек обязан знать все ответы на мои вопросы.

— Речь не о том, — перебил меня он. — Скажи лучше, тебе здесь нравится?

— Еще бы! Это мой любимый сон. Когда он перестал мне сниться, я думал, что сойду с ума.

— Понимаю… А там, где ты живешь, тебе нравится?

Я пожал плечами. К этому времени у меня скопилось немало проблем. Не крупных неприятностей — они к тому времени успели остаться в прошлом, — а скучных, заурядных, повседневных проблемок. Я был счастливым обладателем вполне неудавшейся, спокойной и умеренно сытой жизни и больших иллюзий насчет того, чего я на самом деле заслуживаю.

— Ты — ночной человек, — сказал мой собеседник. — И не без некоторых странностей, да? Там, где ты живешь, когда не спишь, это мешает, я полагаю.

— Мешает?! — взорвался я. — Не то слово!

И сам не заметил, как выложил этому симпатичному дядьке все, что к тому времени успело скопиться на сердце. В конце концов, чего стесняться: это же только сон, о чем меня честно проинформировали еще семь лет назад!

Он выслушал меня довольно равнодушно, но и насмехаться не стал, за что я ему по сей день признателен.

— Ну что ж, — заключил он после того, как я умолк. — Все это довольно печально, но у меня есть для тебя отличное предложение. Интересная высокооплачиваемая работа здесь, в этом городе, который ты успел полюбить. Причем только по ночам, как ты всегда хотел!

Я не стал раздумывать. До меня все еще не доходило, что решение, принятое в этом сне, может иметь какие-то последствия. Впрочем, выслушать подробности я все равно хотел: из чистого любопытства.

— О’кей, считайте, что вы меня уже завербовали. Но зачем я вам нужен? Вы хотите сказать, что во всем этом городе нет человека, способного не спать ночью?

— Да нет, такого добра хватает, — ухмыльнулся он. — Кстати, меня зовут Джуффин. Сэр Джуффин Халли, к твоим услугам… Можешь не трудиться, я знаю, что тебя зовут Макс, а фамилия твоя мне без надобности. Ты очень удивишься, но я знаю о тебе не так уж мало. В частности, мне известно, что у тебя имеется некий чрезвычайно редкий талант, как раз по части возглавляемого мной ведомства. Просто до сих пор у тебя не было случая его проявить.

— Какой это талант вы у меня обнаружили? Уж не криминальный ли, часом? — Я глупо хихикнул.

— Вот видишь, ты и сам догадался. Молодец.

— Вы это серьезно? Вы что, действительно мафиози?

— Не знаю, что такое «мафиози», но заранее уверен, что я — много хуже.

— Мафиози — это глава преступного сообщества, — объяснил я. — Самый крутой бандит. А вы?

— А я, напротив, Начальник Малого Тайного Сыскного Войска города Ехо. В каком-то смысле тоже «самый крутой бандит». Но на службе закона. Впрочем, мое ведомство интересуется исключительно магическими преступлениями.

— Какими? — недоверчиво переспросил я.

— Какими слышал. Магическими. И не нужно корчить рожи: я тебя не разыгрываю. Не до шуток мне сейчас. Пока забудь. Если мы поладим, получишь ответы на все свои вопросы и даже сверх того…

— Так мы уже, можно сказать, поладили.

— Правда? Что ж, это хорошо. Я-то думал, придется тебя уговаривать. Речь сочинял, старался…

— Лучше скажите, кем я буду, если поступлю к вам на службу?

— Ночным Лицом Начальника Малого Тайного Сыскного Войска. Но войско по ночам обычно дрыхнет, так что будешь ты, Макс, по большому счету, ночным начальником самого себя.

— Неплохая карьера для гастарбайтера!

— Это точно… Скажи-ка, а если бы я все-таки был этим, как ты выразился, — «мафиози»… Ты бы все равно согласился поступить ко мне на службу?

— Конечно, — честно ответил я. — Я пока не знаю обстоятельств здешней жизни, поэтому не вижу никакой разницы между преступниками и теми, кто их ловит.

— Молодец, коллега, не соврал! Продолжай в том же духе. Правда — не такая важная вещь, чтобы ее скрывать.

У этого сэра Джуффина, с хищным птичьим профилем и холодными глазами мудрого убийцы, была на удивление мягкая улыбка. Я понял, что уже давно не был так очарован — ни во сне, ни тем более наяву. Мне и правда хотелось бы остаться здесь, рядом с этим странным человеком — а чем он там занимается и какую роль сочинил для меня — дело десятое. Возможно, именно поэтому я решил относиться к нашей беседе так серьезно, словно бы она произошла наяву: я очень хотел ему верить. Так страстно я уже давно ничего не желал.

— Осталось обсудить технические подробности, — вздохнул сэр Джуффин Халли.

— В смысле?..

— А в том смысле, Макс, что тебе еще нужно попасть сюда.

— А разве я не здесь? Ах, ну да…

— В том-то и дело! Думаешь, ты сейчас настоящий?.. Обычный призрак… ну, почти обычный. Народ от тебя пока не шарахается, но человек сведущий невооруженным глазом увидит разницу… Да и у тебя будут проблемы с телом, которое сейчас валяется под одеялом. Если оно умрет — тебе крышка. Нет уж, ты должен попасть сюда со всеми потрохами, которые в данный момент находятся неизвестно где.

— Потроха — это да, это проблема, — почему-то пригорюнился я.

— Совершенно верно. А потому слушай меня внимательно. Тебе предстоит сделать кое-что невозможное, когда проснешься. Первое: ты должен вспомнить наш разговор. С этим у тебя проблем не будет, я надеюсь. А если будут — что ж, придется начинать все сначала… Второе: вспомнив, ты должен осознать, что все чрезвычайно серьезно. Тебе придется убедить себя, что некоторые сны могут продолжаться наяву. А если не получится, ты должен хотя бы уговорить себя проверить. Из любопытства, от скуки — как хочешь.

— Нет проблем. И любопытства, и скуки в моей жизни хватает.

— Подожди говорить! Человек устроен так, что, когда с ним случается нечто необъяснимое, он кладет на это необъяснимое со словами: «Ах, какое у меня пылкое воображение!» Тебе предстоит убедиться в моей правоте не далее как через пару часов. Тут я бессилен помочь. Остается только верить в удачу.

— Да ладно вам, — сказал я обиженно. — Не такой уж я тупой придурок.

— Не тупой и не придурок. Но способность верить в чудеса — не самая сильная твоя сторона. Я имел удовольствие долгие годы изучать тебя, Макс.

— А зачем?

— Не «зачем», а «почему». Так уж сложилось. Я случайно увидел тебя здесь много лет назад. Понял, что ты не из местных, потом подумал, что ты еще недостаточно взрослый для того, чтобы шляться по трактирам… и только потом до меня дошло, что ты — не настоящий. Так, фантом, призрак, бледная тень далекого сновидца. В здешних местах порой и не такое случается, но нашей магией от тебя не пахло, поэтому никто не заметил подвоха — кроме меня, конечно.